Андрей ИВАНОВ ЦИРК НА ТРОИХ

ЛЮСЯ. Сама удивляюсь. Летом некогда. Зима быстро проходит. Весной опять некогда. А осенью вообще времени нет. Да огород еще… Ой!
ГУДДИНИ. Муж бы помогал.
ЛЮСЯ. Какой муж? У нас в деревне все мужики на одной аллейке лежат, практически в ряд. Мы так и прозвали ее – аллея героев. Спились на хрен. Лет за пять, как колхозу кирдык случился, так и… А что делать-то мужикам? Лежат… А я… Только ты не смейся. Я бы так, наверное, и не выбралась никогда оттуда, если бы не одна программа. «Фабрика звезд» называется. Видал?
ГУДДИНИ. Нет.
ЛЮСЯ. Ну, там певцов делают. Берут прямо из народа людей и делают из них звезды. Пачками. Правда, они молодые в основном. Но ведь, наверное, есть эти фабрики и для тех, кто постарше. Что ж нам-то делать? Тоже хочется. Я так и решила – один раз живу. Опозорюсь – перетерплю. Но шанс есть. Должен быть. Я в Маложировке никому ничего не сказала, а то… И Иринке не скажу. Тебе можно, ты… А чего ты не пьешь?
ГУДДИНИ. Не знаю. Тебя слушаю.
ЛЮСЯ. О! Это ты с непривычки меня слушаешь. Через день бы повесился. Я ведь без тормозов, у меня слово за слово само цепляется. Это от работы так, ты не думай… У меня, знаешь, сколько голов? А с ними обязательно говорить надо. Вот целый день и трындю.
ГУДДИНИ. Каких голов? Почему с ними говорить надо?
ЛЮСЯ. Свиньи. Свинарка я. Ты вот фокусник. А я – свинарка.
ГУДДИНИ. Здорово.
ЛЮСЯ. Угу. Ну, так выпьем что-ли?
ГУДДИНИ. Выпьем. Непременно. Только ты не договорила про фабрику. И какую же звезду из тебя там сделают?
ЛЮСЯ. Звезду? Хотелось бы покрупнее, конечно. Ну, не как Борисовна, но и чтоб не задницей петь, как другие. Я имею ввиду формы всякие. Голосишек нет, за то тут и тут в избытке…
ГУДДИНИ. Так ты певицей хочешь стать?
ЛЮСЯ. Смешно?
ГУДДИНИ. Здорово. Может быть, споешь?
ЛЮСЯ. Прямо здесь что-ль?
ГУДДИНИ. А что? Тебя что-то смущает?
ЛЮСЯ. Откровенно говоря, все.
ГУДДИНИ. Брось. Если ты действительно хочешь стать эстрадной звездой, то тебя нигде никогда не должно что-то смущать. И потом, представь себе, через несколько лет, когда ты станешь знаменитой, то я буду всем рассказывать, как мы сидели за столом, и ты пела. Мне же завидовать будут.
ЛЮСЯ. Ты хитрый тип.
ГУДДИНИ. Я говорю совершенно искренне. Спой.
ЛЮСЯ. Черт с тобой, сам напросился!
Люся начинает петь. (Оригинальная песня.)
Гуддини некоторое время слушает, тихо начинает подпевать. Затем приближается к Люсе, и вот они уже поют дуэтом и кружатся в импровизированном танце.
Во время песни неслышно входит Ирина.
Люся и Гуддини выходят на коду. Им обоим очень нравится это выступление. Оборачиваются на короткую реплику Ирины: «Браво!»
ЛЮСЯ. Ой, Иринка!
ИРИНА. Ой, я. Из какого кулька ты это чудо достала? Ты же вроде, как одна приехала?
ЛЮСЯ. Одна, конечно. Это…
Люся поворачивается к Гуддини и не знает, как представить незваного гостя сестре.
ГУДДИНИ. Вор-домушник последнего разряда. Несостоявшийся.
ИРИНА. Что? Что здесь происходит? (Ирина внимательно оглядывает комнату, стол, Гуддини.) А?
ГУДДИНИ. Я так понимаю, хозяйка вернулась...
ЛЮСЯ. Точно. Вернулась. Это она - Ирина.
ИРИНА. А у меня такое чувство, Люся, что меня представлять не нужно. Он прекрасно знает не только, как меня зовут, но и, как звали моего прадедушку, и где я работаю и где отдыхаю, и каким кремом на ночь нос намазываю…
ГУДДИНИ. Я незнаком с вашим прадедушкой.
ИРИНА. Ой-ли? А с расположением вещей в квартире вас хорошо познакомили. Не так ли?
ГУДДИНИ. В основном с расположением молотков.
ИРИНА. Не надо двигаться! Стойте, где стоите.
ЛЮСЯ. Иринка, я тебе щас все растолкую. Это… Кстати, хочешь рюмашку?.. Я в душ пошла, намылилась, почти намылилась, а тут шум в комнате. Я выхожу, а мне в лицо светом – ну я и рукой-то махнула, а в ней микрофон… То есть молоток… Это я пела. Ну, пела, когда одна была. Тра-ля-ля… В молоток… И по нему попала. Потом связала. Потом он развязался. Потом мы пели. Нет. Сначала пили, потом пели.
ИРИНА. Связала?
ЛЮСЯ. Крепко. Да только он фокусник, Иринка, ему мои узлы для смеху были.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Опубликовано в рубрике Основное 03.04.2011: .