Добрый день, господин Гоген!

Эмиль. У нас нет секретов от тебя. Анна. А что скажет твой друг господин Гоген? Господин Гоген! Гоген (целуя Жюльетту). Ну? Анна. Что нового на Монмартре? Говорят, там... Господин Гоген! Жюльетта. Прощайте, господин Поль. Гоген. Э... Жюльетта... Погоди... Жюльетта. Прощайте. (Уходит.) Анна. Говорят, там появился американец, который платит доллары за рисунки? Гоген. Какой американец? Какие доллары? С чего вы взяли, что я был на Монмартре? (Плюхается на свой собственный

А. Ставицкий. Добрый день, господин Гоген!

сундучок, стоящий у стены.) Я был на Таити...
Эмиль (Анне). Он был на Таити. Г о г е н. Таити — это остров. Эмиль. Таити — остров. Г о г е н. Нет, вру, Таити — это мечта. (Захрапел.) Анна. Фи!
Эмиль. Не сердись на него, Анна. Ну, выпил человек, а ты про какого-то американца, про рисунки... Я ухожу. Анна. Чего вдруг? Эмиль. Дела. До скорого, дорогая. Анна. До скорого, дорогой. Эмиль. И побудь с ним, пожалуйста. Бедняге может стать дурно. Анна. Хорошо, побуду. Ты восхитительный друг, Эмиль. (Едва тот ушел, бросается к Гогену, бесцеремонно трясет его.) Поль! Поль, очнись! Не спи, тебе говорят!
Гоген (открывает глаза). Это Таити? Анна. Ты переигрываешь — это с одной стороны. А с другой — ведешь себя как последний идиот!
Гоген. Вы сейчас похожи на разъяренную кошку, мадам.
Анна. Да, я вне себя от ярости. Я тебя убить готова. Зачем тебе понадобилось продавать мой рисунок? Тебе не хватало тех денег, которые я давала? Или ты добиваешься, чтобы о нас узнал весь Париж?
Гоген. Да плевал я на твой Париж, как он на меня плюет! А старине Эмилю я чуть не признался, это верно. Анна. Ну и что бы ты этим выиграл? Гоген. А что, разве всегда надо выигрывать? Жизнь — это тебе биржа, что ли?
Анна. Да, это биржа, и если вы плохой игрок, сударь, то нечего было делать ставку!
Гоген. Тебе надо было родиться мужчиной, Анна.
Анна. Да, судя по тебе, мужчины слабый пол!
Гоген. Уж какой есть... Анна (вновь тормошит его). Поль!.. Ну что ты раскис, милый, и работать совсем перестал...
Гоген (с отвращением). Э... Анна. Все идет прекрасно. Сегодня у Рувье решился состав участников выставки. Отец разговаривал с ними — те-
бя допускают на равных со всеми, без всякого залога. Гоген. А петиция? Анна. Под сукно!
Гоген. Такие вот дела, старина Винсент. Выходит, моя взяла. Прости меня на том свете.
Анна. Те газеты, где мой отец состоит акционером, уже подняли вой на весь мир: родился новый титан, глашатай нового искусства, его Пророк и Мессия Поль Гоген. Мы использовали все: твою биографию, банк, твой путь, твои страдания непризнанного гения! И через год Поль Гоген станет самым знаменитым и самым богатым художником Франции! Г о г е н. Слышишь, Винсент, старина? Тебе все же не удалось меня перехитрить. Я первым взойду на Олимп. (Анне.) А что будет потом, мадам? Анна. О, потом только все и начнется. Мы будем ездить, Поль, много ездить. Англия, Америка, Германия, Россия... Гоген. Таити.
А н н а. Зачем нам какое-то Таити? Гоген. Ты ничего - не понимаешь, женщина. Таити — это...
Эмиль (входит). Простите, что прервал мечты двух любовников. Анна. Эмиль... Он подслушивал... Это бесчестно...
Эмиль. Вам ли говорить о честности? Гоген. Э... погоди, старина... Анна (Эмилю). Ну что ты теперь будешь делать? Что?
Эмиль. Прежде всего я бы попросил вас выйти, сударыня.
Анна (жестко). .Только без глупостей, Эмиль. (Уходит.)
Эмиль (после паузы). Сударь... (Вдруг замечает, что Гоген попросту заснул, прислонившись к стене.) Скотина...
Далее Эмиль ведет себя странно. Он даже не пытается разбудить Гогена, отходит в противоположный конец мастерской и начинает говорить негромко, обращаясь не к Гогену, а к стене.
Сударь, у меня к вам одна-единствен-ная просьба: оставьте в покое мою жену. Вы не любите ее. Она для вас трамплин к успеху. Ей кажется, что она будет счастлива с вами, но мне ли не знать, что ее ждет: сразу после выставки вы бросите

ее и уплывете на Таити...

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Опубликовано в рубрике Основное 17.11.2010: .