Добрый день, господин Гоген!

Эмиль. Нет, гениально, гениально! Анна. Хорошо, гениально. Гениально. (После паузы, дав ему поостыть.) Эмиль, надеюсь, ты такой храбрый не везде? Нет, пожалуйста, ораторствуй, ниспровергай, мечи громы и молнии в адрес

Е. Ставицкий. Добрый день, господин Гоген!

правительства и официального искусства, но только наедине со мной, мой друг. Ничего, я выдержу. Ты меня понял? Эмиль. Но, Анна, нельзя же так... Анна. Можно... если любишь... или ты уже... Эми ль (пытаясь ее обнять). Дорогая... Анна. Осторожней, сомнешь мне платье. Пойди поиграй с малышом. (Вдогонку ему.) А этому Гогену мы больше посылать не будем.
Эмиль (после паузы, переварив это). Кстати о Гогене... Шарлопен взял у меня три картины.
Анна. Художник ты мой. Эмиль. Любовь моя. Анна. Ну иди, иди к малышу.
Эмиль уходит.
(Подходит к окну, тоскливо.) Господи, какой дождь...
Входит Пришелец. Его голова и лицо обмотаны длинным шарфом. В одной руке держит дырявый зонтик, в другой — деревянный сундучок, а через плечо у него — холщовая сумка, из которой видны картины. Войдя в мастерскую, он с любопытством и не без робости осматривается.
(Не поворачивая головы.) Что надо? Пришелец (открывая бородатое лицо и взлохмаченную голову). Не пугайтесь, это у меня шарф такой. Один старьевщик в Марселе давал за него целый франк. Надо было отдать, верно, женщина?
Анна. Я людей позову. Пришелец. Э... вот этого не надо. (Заискивающе.) У вас тут хорошо, картинки славные висят... Особенно эта... (Указывает на «Женщину с ребенком».) Только чуть бы больше света. И красок. Женщину надо было делать синей, а младенца зеленым. Синий с зеленым дает нежность. А вообще, живопись — это обман. Глупейшая иллюзия, достигаемая при помощи манипуляций с красками. Вот скульптура — другое дело. Тут не обманешь, тут вынь и положь все силы и душу. Верно, женщина? Анна. Позвольте спросить, за кого вы меня принимаете? Пришелец. Как — за кого? Ты же его
натурщица с этой картины! Эмиль, старина, каков хитрец! Какой натурой разжился! Какое тело — настоящее чудо природы! Это же как раз то, что я ищу для «Потери невинности»! Ты мне будешь позировать для этой картины, хорошо? Будешь изображать невинную девушку, которая вот-вот... Ну, словом, сама понимаешь. И, разумеется, без ничего. Э... только не надо стыдиться. Пойми, женщина, тело — это такая же натура, как все остальное. Одни любят одну натуру, другие — другую. Я, например, люблю тела, женские особенно, а мой друг, покойный Винсент, был влюблен в железную дорогу...
Анна. Ваш друг Винсент? Пришелец. Э... детка, не надо лишних слов. Скинь быстренько платье, я сделаю первый набросок.
Анна. К чему такая спешка, господин Гоген?
Гоген. Да... Я Гоген... А вы?.. Анна. Разрешите представиться — Анна Неккер.
Пауза. Они улыбаются: она насмешливо, он растерянно. Но внезапно улыбка сбегает с ее лица, уступая место какой-то неясной тревоге.
Эмиль... Эмиль! Эмиль, иди скорее сюда! Входит встревоженный Эмиль.
Эмиль. Что случилось, дорогая?! (Замечает Гогена.) Поль? Ты? Анна. Они. Господин Гоген прибыли в Париж и желают рисовать нашу натуру. Эмиль (обнимаясь с Гогеном). Поль, старина... Гоген. Э...
Эмиль. Как я рад снова слышать знаменитое гогеновское «э»! Гоген. Приехал на осеннюю выставку. Что новенького в Париже? Эмиль. В верхах идет страшная борьба за власть.
Гоген. К чертям, к чертям, пусть борются. В искусстве как? Эмиль. Все то же торжество мнимого над подлинным. Разные проходимцы вроде де Гру... кстати, ты слышал о нем? Гоген (глядя * на Анну, рассеянно). О ком? Э... Эмиль, одолжи мне, пожалуйста, свою жену. В качестве натуры,

разумеется.
Бросив на него уничтожающий взгляд, Анна уходит.
Эмиль (смущенно). Не шути так, Поль. Я люблю Анну.
Гоген (после паузы). Ну что ж, не буду вам мешать.

Видеоролик работа со сканером штрих кода.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Опубликовано в рубрике Основное 17.11.2010: .