ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ

Отвечать на вопросы было трудно. Особенно усердствовала жена Добрыни: какой у Сьинги цвет лица и глаз, есть ли косметика и украшения, какие зубы, уши и ресницы, какова осанка и манера держаться. Владимир с Добрыней нетерпеливо ждали, когда иссякнут вопросы, их интересовало другое. А жена Добрыни, не удовлетворившись, достала бумагу с карандашом и попросила нарисовать Сьингу.
- Не умею, - взмолился я. – Не умею, честное слово! Не художник я.
- Все равно рисуй. Не бойся, каждый человек маленько художник.
И я нарисовал такую каракатицу, что самому стало тошно.
- Даже и маленечко не художник, - поморщилась жена Добрыни.
- Женщины! – не выдержал Владимир. – Дайте нам поговорить с Шуриком. Он замечательного нечеловека нарисовал. Давай, Санек, начинай!
Я стал рассказывать обо всем, что услышал от Сьинги: о гауцсике, кликьяне, метагонии …. Владимир с Добрыней слушали с величайшим вниманием, с жадностью впитывая каждое слово, спрашивали, переспрашивали, были взволнованы и довольны. А когда я сказал, что Владимир – не продукт моего сновидения, что он самый настоящий, рожденный женщиной человек, то Володя и вовсе возликовал. Правда, сначала он огорченно крикнул, что не может быть и при этом скорчил плаксивую гримасу, его сразило известие, что материализация сновидений невозможна, но скоро он гримасу убрал, заулыбался и хлопнул меня по плечу:
- Ты очень правильно поговорил с Сьингой! Если честно признаться, то мне было не сладко сознавать, что я какой-то несчастный продукт сна. Терпел и молчал. А сейчас … все идет великолепно, Шурка!
Владимир не скрывал своей радости, он сиял, он предвкушал удовольствие от скорого познания нового, неизведанного. От избытка чувств он поднял и закружил Наташу, и Юлия затряс, завертел. Потом набросился на Добрыню. Жена Добрыни поздно поняла, что Владимир возьмется и за нее, и не успела покинуть опасную зону: в два приема ее шикарная прическа была смята, а потом как следует разлохмачена. С визгом «сумасшедший» женщина убежала в другую комнату приводить себя в порядок. Позвала на помощь Наташу, а потом и Юлию. Восстановив прическу, женщины под руководством Наташеньки с шумом принялись на кухне готовить блюдо из белых грибов с гусиной печенкой и грейпфрутом.
- Немаловажное событие в мире, Санек, произошло, - с загадочным видом сказал Владимир. – Не слышал? Никогда не догадаешься. Мы с Наташей решили пожениться!
- Но? Ой, какой ты смелый человек, Володя!
- Нет, Шурка, это Наташа смелая. Она прямо так и сказала мне: «Ты ждешь, чтобы я первая сделала тебе предложение?». Ну, а я, как мужчина, не растерялся и сходу: «Выходи за меня замуж!». Ей ничего не оставалось, как согласиться. Ох, и заживем мы! А работы впереди … – Владимир зажмурился. – Не могу, Шурка, умираю от удовольствия. Скоро они там на кухне? Запах такой, аппетит разыгрался.
Мы ели грибы с гусиной печенкой и запивали холодным квасом. Было очень вкусно. Жена Добрыни записала рецепт приготовления блюда. Я тоже записал, не знаю зачем.
- Все, Александр, - поднялся из-за стола Добрыня. – Нам пора.
- Да, да, - всполошился Владимир. – Отдыхай, Шурик. Но как только Сьинга объявится – сразу сигнал. А мы сейчас спешим.
И гости, за исключением Юлии, моментально исчезли, даже Наташеньку забрали с собой. Я понял, что они нарочно оставляют нас с Юлией наедине. Поскольку я с ней давно не виделся, меня, как и прежде, охватила робость, я стушевался. Красивая, умная, гордая Юлия показалась мне опять недосягаемой, как звезда. И хотя я знал, что она самая простая, обыкновенная девушка, все-таки был смущен и не знал, что говорить.
- Поехали на Амазонку, - как ни в чем не бывала, сказала Юлия.
- Куда? – подскочил я. – Чтобы опять нас покусали?
- Боишься?
- С тобой я ничего не боюсь. Я с удовольствием.
- Тогда поехали. Мы будем ловить раков и купаться. Можешь переодеться. Я подожду.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9

Опубликовано в рубрике Феномен 02.08.2011: .