ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Мы ждали. Томительно текли секунды. Наконец, у всех вырвался вздох облегчения: Владимир появился в сфере возле спящего на полу Токи. Но взгляд Володи был бессмысленным. Это продолжалось полминуты. Мы уже испугались. Но вот зрачки его забегали, рот приоткрылся, и, поняв, что находится в сфере, он счастливо заулыбался и приветственно поднял руку – он видел нас временем как в громадном окне, не дающем, однако, света. В самой сфере для него, как и для Токи, была полнейшая тьма. Пошарив по сторонам и позади себя, Владимир позвал Току. Тот встрепенулся и поднял голову, но, видимо, подумав, что ему послышалось, вновь опустил ее. Владимир, еще раз крикнув, вскрыл одну из подушечек на теле и включил светильник, пока на малую мощность. Тока увидел спасителя, быстро вскочил и заплакал от радости. Честное слово, я тоже чуть слезу не пустил. Что-то горячо говоря Токе, Владимир вскрыл самую большую подушку и достал два прозрачных складных шлема в комплекте с поясничными батарейками, вырабатывавшими кислород.
Оба надели эти шлемы. Тока жадно дышал полной грудью и не мог надышаться. В лаборатории сразу появились глюссияне, для которых смотреть чужую радость было высшим наслаждением в жизни. Владимир прибавил яркость светильника и повесил его на каком-то приборе. Затем настроил и включил компактную установку по поглощению углекислоты из воздуха и обогащением его кислородом. Тока дышал ровно и спокойно. Видя это, Владимир дал ему холодной родниковой воды. Тока с величайшим удовольствием пил, отдувался и опять пил. Потом принялся уплетать мгновенно подогретое в планкеонной печи жаркое. Владимир с нежностью смотрел на Току, одновременно проверяя у себя частоту и ритмичность пульса. Вдруг спохватившись, достал прозрачную пластинку и стал что-то писать на ней. Залез на третий выступ волновода, чтобы быть на одном уровне с нами. Мы стояли с ним буквально нос к носу, только по отношения друг к другу вверх ногами. Владимир перевернул пластинку и показал нам ее тыльной стороной. Сквозь прозрачную пластинку буквы смотрелись, как в зеркальном отражении, но поскольку мы видели наоборот, то перед нами предстал обычный текст: «Прибыл благополучно. Ощущаю в висках легкое покалывание, в пальцах ног слабый зуд, ритм времени обычный, сознание четкое, во мне будто сидит второй я, я с ним советуюсь и не могу от него избавиться. Не считая этих неудобств, самочувствие отличное. На память не жалуюсь, но не помню, как очутился в сфере. Напомните об этом, не время ли стерло? Вижу вас в перевернутом виде».
Добрыня вслух прочитал записку. Из мастерской принесли пластины прозрачного целлулоида и сообща стали писать ответ. Я предложил изучить нам и Владимиру азбуку глухонемых, чтобы разговаривать на пальцах, но Добрыня сказал, что глухонемых на земле давно уже нет, и азбука забыта.
Связь наладилась и действовала безотказно. Тока написал Серафиме письмо, которое по его поручению я переписал и вручил женщине. Серафима немедленно написала ответ. Владимир что-то колдовал над приборами и механизмами и делал записи в книжке. Добрыня сказал, что в этой книжке Владимир записал все события, происшедшие со дня исчезновения Вовки. Если время сотрет память, то, заглянув в книжку, можно «вспомнить» о событиях. Не знаю, удастся ли таким способом обхитрить антивремя. Владимир повел себя странно, рожица была его то хитрой, то слишком серьезной, с высунутым кончиком языком он что-то писал и подсчитывал, потом с вдохновением стукнул себя по лбу, обежал вокруг сферы и, спросив о чем-то Току, написал нам крупными буквами: «Если мое предположение верно, то скоро я здорово удивлю вас! Ого-го-го!» А через пять минут вновь записка: «Я вам, кажется, что-то сообщил недавно. Напомните текст».
- Начинаются первые сюрпризики, - с тревогой проворчал Добрыня и кивнул на сферу. – Быть там большому ералашу!
Во всяком случае, опасений за жизнь Владимира и Токи пока не было. Они энергично и дружно начали делать приборку.

Дома из лафета строительство под ключ домов.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Опубликовано в рубрике Феномен 02.08.2011: .