ГЛАВА 4

На приборах и аппаратах засветились контрольные огоньки. Клешня робота с отверткой ловко задвигалась, приближаясь к гра-контакту. Мы замерли в томительном ожидании. Все повторилось в точности, как в тот злопучный вечер. Самопроизвольно включилось питание, бесшумно закрылись сегменты люка блок-отсека, вспыхнул ореол стереодисплея. Предметы в лаборатории стали терять свои очертания, размазываться по пространству. Я почувствовал невесомость, перешедшую вдруг в нагрузку. Неприятно зудилось и покалывало в теле. Владимир выключил питание.
- Любопытно, - первым встряхнулся Добрыня. – Однако, мерзкое состояние.
Остальные тоже передернулись. Сняли с себя датчики, которые сразу уехали по магнитному тоннелю куда-то вниз. Открыли люк. Из блок-отсека пахнуло жаром. Как и следовало ожидать, собаки не было. Был ее пепел! А на пепле лужица расплавленного металла радиопередатчика. И робот частично оплавился. Подождав, чтобы металл отвердел, Владимир вытащил останки манипулятора из блок-отсека. Пепел аккуратно собрали и сразу отправили на экспертизу.
Тарас прислюнил палец и прикоснулся к горячей лепешке передатчика:
- Если собака переместилась, то и этот передатчик, как единая с ней система, тоже должен был бы перенестись. И робот не исключение. Или перемещение свойственно только живым организмам?
- Это совершенно невероятно! – воскликнул Захар, а может, это был Архип. – В конце концов, и собака, и передатчик, и робот – это просто масса, и нет разницы, из какого вещества она состоит. А если даже и допустить такую возможность, то Владимир должен был оказаться на Никишихе без одежды, извините, голым, ведь одежда его сгорела. А, Володя?
- Нет, я очнулся одетый. Но…не хотел говорить, на мне почему-то не оказалось нижнего белья.
- Вот уже и в висках заломило, - пожаловался сам себе Тарас.
Снимались показания приборов и обрабатывались результаты. Появились таблицы, схемы, графики… Все заняты, взбудоражены, такой ажиотаж. Только мы с Токой остались не у дел. Он чинно вышагивал по лаборатории, терпеливо выжидая, когда к нему обратятся за справками, и несколько раз спрашивал меня, когда прибежит его любимая собака. А я не мог сидеть, сложа руки и смотреть, как другие работают, я чувствовал свое ничтожество. Подскочил возбужденный Добрыня с перфорированными лентами и попросил отобрать какие-то планкеонные мультиплеты третьего порядка, но, к счастью, тут же забыл про них и умчался на зов Владимира. Чтобы не мозолить сотрудникам глаза своим ненужным присутствием, я потихоньку вышел из лаборатории. Обидно, конечно, но что делать. И еще обидно, что никто не хватился меня. Попробовал бы уйти Владимир – на дне океана нашли бы и приволокли.
Да, люди здесь одержимы в работе. Они не гонятся за научными степенями и званиями, о благополучии и материальной обеспеченности не думают, слава и почет им не нужны. Но ведь должны же быть какие-то стимулы? Или это их жизненная потребность? Не знаю. Во всяком случае, отдыхать можно было бы и больше. Но позже я убедился, что у людей здесь свободного времени предостаточно.
Я знал, что, освободившись, Владимир непременно прибежит ко мне, и ждал его дома. Он пришел поздно, уставший и мрачный.
- Оказывается, Шурка, корреляция синхронности…
- Володя, у нас же договоренность – говорить проще.
- Я уже и так на язык питекантропа перешел. Ничего хорошего пока, Шурик, нет. Ты же видел, что робот наполовину оплавился, но остался на месте. А собака, думаешь, перенеслась на Никишиху или еще куда-нибудь? Ха-ха! Бедная, она по-настоящему сгорела. Если собачка была бы жива – давно бы уже прибежала.
- Что же конкретно произошло?

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

Опубликовано в рубрике Феномен 02.08.2011: .