«Гонимые» М.М. Херасков

ЗЕИЛА. Нет, родитель мой! оно порочно, оно врага твоего полюбило.
ГАСТОН. Сей враг сделался моим другом; я сам его люблю и тебя не отнимаю у него.
АЛФОНС. Зеила! укрепися и умножь твоим спокойством наше благоденствие.
ЗЕИЛА. Укрепилась я, мой друг! и сердце мое сим свиданием излечено. (Воздев руки на небо.) Праведное небо! коль непостижимы твои судьбы! из смерти прехожу к жизни, из несчастия во благоденствие; нахожу отца, которого смерть я оплакивала; и вижу, что он еще меня любит; потеряв любезного, его обретаю, и любить его ни страха, ни угрызения совести не имею. Могу ли после сего чувствовать какое огорчение и не называться счастливою?
АЛФОНС. Я счастливее тебя: я из уcт самой смерти исторжен помощию твоего родителя; нашел в нем нежного друга и добродетельного отца, какого я не имел по несчастию доныне.
ГАСТОН. Я всех благополучнее, потому что я всех вас доле был несчастлив; отчаялся в жизни иметь утешение, и вас теперь обнимаю! Столь я теперь обрадован, что на сию минуту забыл прошедшие мои горести.
ЗЕИЛА. Ах! родитель мой; но мать моя, а твоя супруга! ее одной не достает…. Увы! ежели бы она была с нами здесь!
ГАСТОН. Она теперь в небесах, по многим страданиям сладким сном покоится; оставим ее тамо, доколе сами с нею со временем соединимся. Теперь нам должно подкреплять друг друга! о многом изъясниться надобно, а паче всего надлежит остеречься от находящего несчастия. Зеила! тебе всех больше успокоение нужно; войдем в пещеру.
ЗЕИЛА. Какое может случиться еще несчастие, когда я с вами.
ГАСTОН (тихо Алфонсу). Повели твоим служителям отсюда не отлучаться и быть готовым к защищению нашему... Не вели именовать Зеилы. Пойдем, дочь моя.
АЛФОНС (учиня приказ пловцам). Я первый готов к вашему защищению. (Уходит.)

ЯВЛЕНИЕ IV

ПЛАBАTЕЛИ.

I КОРАБЕЛЬЩИК. Очевидное мы имеем свидетельство, что добродетели без награждения не остаются. Кто бы думал, что бы мы, по разбитии корабля, Алфонса жива увидели? Ждал ли он толь скорого свидания с невестою своею? Мыслила ли она, обняв своего возлюбленного, найти отца в таком неизвестном жилище? Надеялись ли мы быть обрадованы такою нечаянною и радостною встречею. О! мои друзья, верьте мне, что, беседуя с честными людьми, редко мы неблагополучны бываем, и спокойство всегда не далеко от добрых сердец обитает. Я люблю Алфонса и, его утешением восхищенный, забываю теперь все мои труды и опасности.
II КОРАБЕЛЬЩИК. Мы все счастливы, когда наш покровитель счастлив; его прекрасные свойства, его тихая и мирная душа, его ласковое обращение всякую дикую пустыню раем превратить могут; и мы рады с ним в сем острове жизнь нашу кончить.
I КОРАБЕЛЬЩИК. Коль несчастлив отец, что не умел прилепить к себе сердца толь добродетельного сына, и что сей достойный любви всего света человек, гонимый своим родителем, принужден был в нас, во своих слабых приятелях, искать тех доказательств дружбы, каковые во своем семействе каждый достойный родственник обретает; но мы не должны позабывать его повеление, нам надобно быть осторожным и к его обороне готовым. Вы слышали, что отец его и здесь сию печальную семью гонит; конечно, за похищение прекрасной Зеилы он чрез моря и горы мщение на него простирает. Нет, не оставим Алфонса.
II КОРАБЕЛЬЩИК. Жизнь мы за него и за его Зеилу положить готовы. Ренод! ты не отец Алфонсу, когда его гонишь, и мы учинимся твоими врагами, когда Зеила от тебя страждет: они, а не ты, души и сердца наши занимают.
I КОРАБЕЛЬЩИК. Но все тихо; отдохнем, друзья мои. (Они все садятся.) Начинает рассветать, и никаких сомнений не остается... Но это какие неизвестные люди!

ЯВЛЕНИЕ V

ТЕ ЖЕ и АРНОЛИЙ.

АРНОЛИЙ (провождаемый другими служителями, со стремлением вбегает на театр и, увидя неизвестных людей, вскричал). Здесь! здесь еще остатки наших злодеев! (Бросаясь на них.) Умирайте, разбойники.
I КОРАБЕЛЬЩИК. Друзья мои! это враги Гастоновы, и наши злодеи! Умирайте. (Происходит сражение и крик с обеих сторон: в сие время пещера отворяется, все из нее выбегают.)

ЯВЛЕНИЕ VI

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12

Опубликовано в рубрике Основное 03.12.2010: .