Наталия Мошина «Техника дыхания»

Витя: Да. Вот ты мне нравишься, например. (Надя хмыкает) Правда! И вот если бы всё это было не здесь, а вот в жизни где-нибудь, я бы давно, конечно, телодвижения бы какие-нибудь двигал в твоем направлении. Ну, то есть… Ну, выпили бы там, я не знаю, потанцевали бы. Понимаешь? Свечи, туда-сюда… Между нами, у меня при свечах ни разу не было. Я даже купил как-то, там Лена была такая… ну, ладно. Купил свечи, короче. Красные, прикинь? Ну, а когда Ленка пришла, у меня всё, конечно, из головы выскочило. Какие свечи? Презик бы не забыть надеть… Блин, такая байда в голову лезет. Ты прости. Я прекрасно понимаю, что с тобой у нас ничего не будет, конечно. То есть я даже обнять тебя не могу, потому что зачем? Понимаешь, да? Ну, там если по-дружески только… Да и то. Пошлешь, наверное, подальше, и всё.

Надя: А я одного человека сильно люблю. Там как было: подружка моя школьная в него влюбилась, он на год старше нас учился. Ну, а Катька, подружка эта моя, она стеснялась, конечно, – знаешь эти бабские дела. Короче, попросила меня ему записочки носить. И я втюрилась, как дура!

Витя: Клёво. А он что?

Надя: Да ничего. Зеро. Даже не смотрел в мою сторону. Надо было ему сказать, как думаешь?

Витя: Позвони да скажи. Пусть придет.

Надя: Ага. Прибежит. Сюда?

Витя: Ну, а что?

Надя: Да прямо. Нет, это всё уже. Давно и неправда, короче.

Витя: Вообще да. Больницы эти… у нас, мужиков, психика слабая насчет этих дел.

Надя: Вот и я о том же. Я знаешь, что придумала? Когда почувствую, что уже всё, что на последний круг уже идет, на обезболивающее сплошное – я тогда письмо ему напишу. Напишу просто про чувства свои. Попрошу мать после меня ему отправить. Это же ни к чему его обязывать не будет, правда ведь?

Витя: Красиво…

Надя: Ты ведь не напрягся бы, если бы такое письмо получил?

Витя: Нет. Даже романтично.

Надя: И жить же это ему никак не помешает, правда? Он там тусуется спокойно, девчонки у него там, вечерины – а тут письмо. Ну, примет к сведению; может, баночку пива выдует за меня, а? Да ведь?

Витя: Я бы выдул…

Надя: Самый лучший выход, по-моему.

Витя: Как в романе…

Надя: Ну, и всё тогда. Решили.

Витя: Красиво… Вот солнце фигачит, а? (Снимает бандану, утирает пот с лица)

Молчание.

Надя (вдруг): …И, понимаешь, теперь, когда всё, в общем-то, закончено, надо понять это и принять. Понять, что ты совсем один, что всё закончено и то, что ты не сделал, ты уже не сделаешь. Понять это, принять и думать только об этом, понимаешь? И тогда глупости все уходят. Мозги делаются… как лед, да, как лед – прозрачные, чистые, холодные. Кристальная ясность. Всё понятно. Всё хорошо. Потому что, если тратить время на эту вот фигню: с кем ты там не потрахался, когда мог, или что морду какому-то подонку не набил, – тогда ты просто лезешь на стену и скрипишь зубами. Тратишь силы на самое бессмысленное – жалеешь себя. Понимаешь?

Витя: А о чем думать тогда?

Надя: Ну, я же говорю: что ты один, что всё прошло и никогда не вернется. Это вообще так надо думать, всю дорогу, каждый день. Всегда. Всем людям. Всё уходит в песок и никогда не вернется. Ты здесь, ты сейчас, в этот миг и больше никогда. И ты один. И все заканчивается очень скоро.

Витя: Прямо как будто уже в гробу лежишь.

Надя: Прекрасно! Вот это вот лучше всего представлять! Что уже всё. Тогда совсем хорошо. (Снимает панаму, обмахивается ею, как веером)

Молчание.
Надя и Витя сидят на скамейке, думают о своем.
Солнце печет их круглые, лысые головы.

2005 г.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Опубликовано в рубрике Прочее 11.02.2012: .