О БРАТЬЯХ НАШИХ МЕНЬШИХ

Папа: Я догнал бы их, не сомневайтесь, но не мог же я бросить беззащитную женщину одну вечером в парке культуры и отдыха!
Игорь: В общем, как человек благодарный, папа просто обязан был на маме жениться. И, как человек честный, обязанность эту выполнил. Даже не смотря на моё существование.
Папа (гладит мальчика по голове): Сынок… Мы будем играть в футбол и запускать воздушных змеев. (Берёт рюмку) Выпьем за детей, за наше лучезарное будущее, светлое завтра!
Мама: Сначала за родителей! За родителей ещё не пили. (поднимает рюмку) Ну, пусть моим родителям, на войне головы сложившим, и папе Додика, погибшему на строительстве, земля будет пухом. Пусть поглядят они на нас с неба, порадуются. (Вытирает глаза) А маме Додика, Фире Абрамовне – здоровья и долгих лет жизни.
Папа: Спасибо… (гостям) Мама не смогла сегодня прийти… Дела… Обстоятельства…
Игорь: Бабушка Фира – единственный человек из неимоверного числа жителей Земли была против этой свадьбы. Нет, она, разумеется, хотела своему ребёнку счастья. Но не такого. Мы с мамой казались ей в этом деле совершенно излишними.

Звонок в дверь. Папа идёт открывать.

Голос папы: Мама! Какая радость, мамочка!
Голос бабушки: Тише! Зачем напрасно пугать гостей?

Гости замирают. Мама прислушивается, борясь с желанием выйти в прихожую.

Голос бабушки: Я поклялась тебе не переступать порог этого дома и я не переступлю его.
Игорь: И ведь не переступила!
Голос бабушки: Я пришла сказать тебе, чтобы ты и в чужой семье вёл себя хорошо и не позорил фамилию своего отца. Не забывай ходить в планетарий.
Голос папы: Мама, ну что мы как будто прощаемся…
Голос бабушки: Если мальчик этой женщины будет хорошо себя вести, будет ходить в планетарий и возьмёт нашу фамилию, отдай ему это. (грохот передвигаемого тяжёлого предмета) Это самое ценное, что у нас есть. Ты видишь, - я надеюсь.
Голос папы: Спасибо, мама. Я ценю. Может, ты всё-таки…
Голос бабушки: Не буду портить вам праздник.

Хлопает дверь. В комнату входит Папа, с трудом втаскивая контрабас в футляре.

Папа (мальчику): Вот, Игорёк… На этом контрабасе играл мой дед, твой прадед – Иосиф Моисеевич Гарабидович. У нас даже есть пластинка… Если ты будешь по-прежнему хорошо себя вести и возьмёшь нашу фамилию, он будет твой.
Игорь: Я и так не был в восторге от папиной фамилии, а тут уж… Надо ли говорить, что и поведение моё с этого дня резко ухудшилось.

Повисает неловкая пауза. Мама готова расплакаться.

Гости (принуждённо весело): А-а… А давайте смотреть телевизор! Скоро новости! У вас есть телевизор?
Папа: У нас нет телевизора.
Гости: Ну как же в наше время без телевизора? В любом порядочном доме…
Папа: А у нас вот такой непорядочный дом!.. Нет, я не хочу, чтобы вы подумали, что у нас нет на телевизор. У нас есть на телевизор. И на газеты. И за киножурнал перед сеансом я тоже всегда плачу. Но не смотрю. И не выписываю. Ну, скажут мне там, что где-то умер хороший человек. Я не знаю его. Но я расстроюсь. Потому что мне скажут, что он хороший и он умер. Я расстроюсь. Моя семья расстроится. Расстроятся миллионы людей, которые выписывают эту газету. Мы все расстроимся от того, что он умер, хотя мы и не знали, что он жил… Кому от этого станет легче? Или мне скажут, что где-то в Новой Гвинее землетрясение… или война… Чем я смогу помочь?
Гости: Кровь сдать! Но нельзя же жить с закрытыми глазами! Сейчас такое время…
Папа: Знание преумножает скорбь… Если будет что-то важное – к вам придут и скажут. Не сомневайтесь.
Гости: Нет, Давид, ты всё-таки не прав. Не прав. И телевизор смотреть тебе придётся. Хотя бы потому, что мы купили себе цветной «Электрон» и нашу чёрно-белую «Юность» мы дарим вам с Натой на свадьбу!

Под всеобщее ликование, в комнату вносят старенький телевизор, оклеенный переводными картинками, без задней крышки. Неловко развернувшись в дверном проёме, открытыми «внутренностями» задевают за косяк, слышен хруст стекла. Все ошеломлённо смотрят внутрь телевизора.

Гости: Да…

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

Опубликовано в рубрике Основное 21.01.2011: .