О БРАТЬЯХ НАШИХ МЕНЬШИХ

Все рассаживаются. Папа включает телевизор. На первом канале – новости, тревожный голос диктора повествует об ужасах возможной ядерной войны. Папа поспешно переключает – на втором канале транслируется фильм «Обыкновенный фашизм». Мама начинает плакать. Папа выключает телевизор, выдернув шнур из розетки. Сидят молча. Внезапно, сопровождаемый звоном разбитого стекла, в комнату влетает футбольный мяч.

Папа: Вот. Верно. Единственно верно. Дети, идите играйте в футбол. Уроки я сделаю после.

Дети уходят. Папа находит мяч и ударом ноги отправляет его в ту сторону, откуда он появился. Мяч улетает, опять же сопровождаемый звоном стекла.

Мама (глядя на телевизор): Может, подарим кому?
Папа: У нас нет врагов. Зачем дарить кому-то горе? (обрывает внутри телевизора какие-то проводки) Пойдём гулять в город? Я куплю тебе мороженое и воздушный шар. Будем громко смеяться и ходить по бордюрам. Пусть все оглядываются и говорят: «Взрослые люди…» (с улицы слышен звон стекла) «… и дети у них хулиганы». А мы будем громко смеяться. Пойдём!

Уходят.

Игорь: Всё-таки, мне очень повезло с отцом. Мало ли кого могли бить тогда в парке… Через десять лет он заболел и я забрал родителей к себе в Москву. Братья были уже здоровенные лбы – Мойша учился в консерватории (да, в нашем городе была и консерватория! А вы думали…), а Васька так и остался… свободным художником, блин… Кстати, получая паспорт, как и положено истинному еврею, он взял национальность матери. Прихватив, для убедительности, и фамилию. Василий Гнатюк – белорусс!

5.
Та же комната, чуть более запущенная. На столе в живописной позе сидит девушка в купальнике – Леся. За её спиной корпит за мольбертом длинноволосый молодой человек, внешность которого не вызывает сомнения в его национальной принадлежности – Василий. Мольберт подсвечивается лучом диапроектора. Из динамиков телевизора «Юность» звучит мелодия из фильма «Эммануэль» - вероятно, передают прогноз погоды. На экране – рябь.

Леся (с украинским акцентом): Ну долго ещё? А?
Василий: Терпите, девушка, терпите! Искусство кровожадно. Затёкшие конечности – неизбежные издержки производства.
Леся: Ну хоть похожи… конечности?
Василий: А как же! С натуры, как-никак… Мне с вашей натурой несказанно повезло… Такие совпадения редко бывают…
Леся: Ой, да яка там «натура»! У нас в Першей Синюхе такой натуры – вагон с тележкой… Не знаю… У вас тут в городе все какие-то ненормальные. Второй день хожу, проходу не дают, машины гудят, останавливаются, хлопцы выбегают: «Вашей маме зять не нужен?» . Другие говорят: «Поехали, - говорят,- кататься! У нас, - говорят, - кастрюля мяса, таз вина и море водки!».
Василий: Что за хлопцы?
Леся: Та я откуда ж знаю? Чернявые такие, весёлые…
Василий: Ну, а ты чего?
Леся: Та чего? Я ж с вокзала только шла: «Не могу,- говорю, - сегодня. Меня родичи ждут!». Я ж не знала, что их тут уже нема. Телеграмма моя в ящике… А давно они уехали?
Василий: С полгода.
Леся: А чего? Ключи, главное, под ковриком оставили… Больные, чи шо?
Василий: Ты, Леся, послушай аборигена данной местности… и просто старшего товарища… Ты к этим хлопцам весёлым – как и к другим хлопцам – в машины садиться не вздумай. Городок у нас маленький, пешком быстрей дойдёшь. А то, не дай Боже, увезут на шашлыки… И сарафанчик этот свой до синюшных времён пересыпь нафталином. Не носят у нас такое. Тут, знаешь ли, своя мода, свои вкусы… Менталитет, одним словом…
Леся: Шо?
Василий: Срамота, по местным меркам! Понятно?
Леся: Понятно. Ревнуете, чи шо?.. Вижу – ревнуете!
Василий: Затылком видишь?
Леся: А шо мне смотреть? И так чую. По мне пол-Синюхи сохнет…
Василий: Ладно, если тебе это льстит, считай, что ревную. Только в сарафане этом больше не шастай. Не тревожь неокрепшие умы…
Леся: «Срамота»! Та яка там срамота? У нас в Синюхе, между прочим…
Василий: Что ж, тебе, такой моднявой и востребованной, в Синюхе-то не сиделось, а?..

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

Опубликовано в рубрике Основное 21.01.2011: .