ПРОЩАЛЬНОЕ СИЯНИЕ

Здравствуйте, Тэмми. Вы видели мою маму?
Тэмми. Она в подвале.
Дональд. Чем она там занимается, в подвале?
Тэмми. Танцует.
Дональд. С кем?
Тэмми. С Патриком.

Тэмми выходит.

Анна. Ну, по крайней мере, им весело.
Дональд. У меня ощущение, что Тэмми ворует у мамы деньги.
Анна. Почему вы так думаете?
Дональд. Она покупает маме подарки на ее же деньги, но никогда не приносит мне чеки. И все, что она покупает, оказывается почему-то вдвое дороже.
Анна. Скажите директору. Возможно, это уже не первая жалоба.
Дональд. Но моя мама любит ее. Может, оставить их в покое? И все-таки ужасно не знать наверняка, что она за человек... Я трус.
Анна. Зачем вы так?
Дональд. Половину времени, которое я могу уделить моей матери, я провожу здесь, в этом кресле, по ее прихоти. Это положение невыносимо. Мне все время неловко. Я ее заложник.
Анна. Но ваша мама выглядит счастливой, здоровой.
Дональд. Она охотно расскажет мне, во что был одет мой отец, когда вернулся с войны. Но ей мучительно трудно вспомнить, что с ней было вчера.

Пауза.

А какой был самый печальный день в вашей жизни?
Анна. Ой, их было так много.
Дональд. Ну все-таки, расскажите.
Анна. Мне кажется, это был тот день, когда моя маленькая дочь, усевшись за игру, перестала разговаривать с куклами.
Дональд. Ну если так, то ваша жизнь вряд ли состоит из бесконечной череды трагедий.
Анна. Да, но все-таки это было очень печально.
Дональд. Это случилось как-то внезапно?
Анна. Да. Но хуже всего, что я была причиной этому.
Дональд. Как это?
Анна. Мы с дочерью вернулись со дня рождения ее кузины – ей исполнилось четыре года. Дочь стала говоритиь мне, что ее кузина очень умна, потому что, когда она играет с своими куклами и плюшевыми зверятами, говорит за них сама разными голосами. И тут я сказала: «Так и ты тоже так делаешь», и это ее почему-то ошеломило. С этого момента она боялась проронить слово. Она стала играть в полнейшей тишине. И с тех пор я больше не могла узнать, что творится у нее на уме. Я потеряла с ней контакт.

Пауза.

Дональд. Этим летом я отдыхал в деревне. Вернее, мне казалось, что я отдыхаю. На самом деле мой мозг был перегружен заботами – о нашем будущем, о моей дочери Нине, о моей работе. Даже о том, как нам обустроить наше озеро – она как-то моментально обрасло гаражами для моторных лодок, они портили весь вид. Безжалостное освоение севера. Почему я об этом вспомнил? Это было счастье, я плакал от восторга, когда наблюдал в деревне за тем, как Нина ныряла в воду. Они с друзьями обзывали каждый прыжок: «карандаш», «стульчик», «мертвец». Их прыжки на самом деле мало чем отличались друг от друга, но они все равно громко смеялись и выкрикивали эти свои дурацкие выдумки. Как они ждали с наслаждением, чтобы еще раз прыгнуть в воду! И это было так просто... Я плакал, потому что они никогда уже не будут такими счастливыми... Я плакал, потому что это было так просто и в то же время так сложно сымитировать, повторить – они уже никогда не будут такими счастливыми. Люди должны умирать в десять лет. Какой смысл длить эту старость?
Анна. Может быть, цель жизни не в том, чтобы быть все время счастливым или страдать, а в том, чтобы сочетать эти состояния. Дети еще не способны ощущить это фантастическое кисло-сладкое смешение радости и боли, эту жизнь в ретроспекции, это ощущение вот тут прямо рядом с нами уходящего времени. Для этого людям нужна память. Для этого вы должны вырасти.

Пауза.

Мой отец хочет жениться на вашей маме.
Дональд. Вы это серьезно?
Анна. Да, и мы должны это обсудить.

Сцена одиннадцатая

Дональд прохаживается взад-вперед возле двери церкви с небольшим витражом. Резко, с шумом открывает дверь, из-за которой доносится органная музыка. Дональд закрывает дверь. Входит Агнесса.

Агнесса. Я опоздала?
Дональд. Служба только началась.
Агнесса. Почему вы не в церкви?
Дональд. Не хочу.

Пауза. Агнесса смотрит на дверь.

Агнесса. А это безопасно?
Дональд. Безопасно? А... да. Я просто хочу немного размяться. Затекли ноги.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19

Опубликовано в рубрике Основное 21.01.2011: .