Русские дуеты

ВАСИЛИЙ. Вот тайна тайн - этот мир женский, а хранителями истины - священниками подвизаются мужики, потому и не получается ничего. И когда Она придёт во второй раз, когда всем откроется, что это – Она, но не Он, тогда-то и начнётся Царство Небесное раем на Земле. Всё понятно. Ты меня не слышишь? Тогда увидь. Встать, когда женщина просит!
СОФИЯ. Васильев! Что это! Сядь обратно, прикройся, хам!
ВАСИЛИЙ. Да никуда Она собственно и не возносилась, и даже не воскресала, потому что и не умирала. Где-то на Крайнем Севере, во льдах, ожидает Она, Снегурочка, всеобщего потепления от солнечного Знания.
СОФИЯ. Васильев, это пошло! Но скажите, как вам в таком возрасте удалось сохранить столь привлекательный вид всего одной, но самой важной части тела! Угомонитесь, право слово… заморозило вас, что ли? В шестьдесят один выглядеть лет на тридцать семь - это что-то! А в нашем провинциальном городишке столько одиноких невостребованных женщин. Разве пьянство и тунеядство милее уюта нормальной семейной жизни?
ВАСИЛИЙ. Соня… София.
СОФИЯ. По правде, ты такой на моём участке, уже двенадцатый экземпляр, но какой! Одиннадцать бесхозных старших подруг моих я сосватала. Васильев, улавливаешь ход соображения? Надеюсь, с началом весны, не оттаешь?
ВАСИЛИЙ. Зачем это, капитан, вы раздеваетесь? Ночнушка, та самая!
СОФИЯ (сняв форму, остаётся в ночнушке). Что, молчальник, понимаешь язык жестов? Считай, что я - не милиция, а «скорая помощь». Дивный мой, тебе уже семьдесят три года и весна бесчинствует, последний шанс не упусти, Васильев. Иди ко мне, мой милый друг. (Поднимается, встав с Василием.)
ВАСИЛИЙ (забравшись в ночнушку). Двадцать четыре ноль-ноль на Земле.
СОФИЯ. О, нет, родимый, на Земле: ноль-ноль, ноль-ноль.
ВАСИЛИЙ. Меня зовут Василий.
СОФИЯ. Я уже не против. А меня – София. Но, что за день сегодня?
ВАСИЛИЙ. Двадцать девятое февраля не високосного года, переходящее в тридцатое февраля, и так далее. Год девятьсот девяносто пятый. Кому-то выгодно было добавить тысячу, нагнать смуту. Остаётся двенадцать лет, плюс к нашим семидесяти трём, тогда наступит Первое Марта и Снегурочка оттает!
СОФИЯ. Вы говорите, как доклад читаете, не начальник ли?
ВАСИЛИЙ. Упаси Бог! Я, мужчина, вам - раб, Ваше Величество Женщина. (Поёт.) Совершеннолетие, сколь могло, цвело. Совершеннозимие снегу намело. По весне и осени приходилось жить, Просто не запомнилось, так тому и быть.
СОФИЯ (поёт).
Совершеннозимие снегу намело,
Совершеннолетию во снегу тепло.
По сугробам - тайные кладовые лет,
По стране сугробии бродит Божий свет.
СОФИЯ и ВАСИЛИЙ (поют).
Слезинка Боженьки закружится снежинкою –
Благословением родимым Северам,
И снеговой мой край, заветною тропинкою,
Возляжет к Боженьке, как раз к Его стопам.
По весне и осени приходилось жить,
Даже принуждением можно дорожить.
Совершеннозимие - время всех времён,
Этот возраст временно во сугроб сметён.
Даже принуждением можно дорожить.
Во стране сугробии белизна лежит:
По стране сугробии бродит Божий свет –
Белый цвет, принужденный дать на всё ответ.
Слезинка Боженьки закружится снежинкою –
Благословением родимым Северам,
И снеговой мой край, заветною тропинкою,
Возляжет к Боженьке, как раз к Его стопам.

Действие 3. ПАССАЖИР СЕНТЯБРЯ

действующие лица:

ПОЛИНА-ПОЛИНА – супруга, проводница поезда, попутчица, работница метрополитена
ФИЛИМОНОВ – провинциал в дороге

ЭПИЗОД 1. Метрополитен.

ПОЛИНА - ПОЛИНА. Что я тебе говорила: не стреляет, не стре-ля-ет! Кончать надо с этой лабудой, на лирику переходить, на ли-ри-ку! За частушки никто рубля не бросил, ни-кто! Антракт! Если талант никому не нужен, зачем же его ещё и губить. Я всё женское растеряла в подземных переходах. Грязь. Сквозняк. Грубею, правда? Когда это раньше со мною подобное было? Никогда. Ни-ког-да! Молчишь, Филимонов. В такой день молчишь!
ФИЛИМОНОВ. Когда мне день рождения, хочу домой.
ПОЛИНА - ПОЛИНА. В провинцию?
ФИЛИМОНОВ. Домой. Хочу.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

Опубликовано в рубрике Прочее 08.08.2012: .