Вишневые севера

ГАЛЯ. Или просто выметаетесь… ой, шутка.
Силантий и Максим уходят.
АВДЕЙ. Какой же я дурак, придумал это приданое…
ВАСИЛИСА. Кто знает, может, так оно и лучше. Любовь – это праздник, а семейная жизнь – будни, работа над собой… порой каторга. Не хотят работать, значит, и праздника не надо.
АВДЕЙ. Пойду?
ВАСИЛИСА. Не казни себя, Силантьевич.
АВДЕЙ. Не могу. Я не прав. (Уходит.)
ГАЛЯ. Мамочка, что теперь?
ВАСИЛИСА. А всегда одно и то же, дочка, - жизнь.

КАРТИНА 4. Зима. Комната, в которой живёт Максим. Он вновь в камуфляжной форме, без регалий. Собирает вещи. Входит Муравьёв.
МУРАВЬЁВ. Можно?
МАКСИМ. А, привет, рад тебя видеть. Выпьешь с морозца?
МУРАВЬЁВ. Не могу, служба одолевает. Начальства понаехало, чуть не из самой Москвы. Ты, похоже, вещи укладываешь?
МАКСИМ. А что там толком-то за сыр-бор? Я не вникаю…
МУРАВЬЁВ. Кое-кого из конторы «Зари» арестовали, сплошное начальство за решётку везут. Так ты точно никуда не собрался?
МАКСИМ. И в чём там дело?
МУРАВЬЁВ. Скопилось правонарушений. Последней каплей стала продажа директорского джипа.
МАКСИМ. А Семён Иванович, что же? Без его подписи ничего же в совхозе не происходит?
МУРАВЬЁВ. То-то и оно. Отстранили Пирогова от должности до окончания следствия. Как бы не пойти ему по этапу. Хотя он явно не при делах. Так гудел последний год, что маму родную пропил бы – не заметил. Так ты, что ли, уезжать собрался!? Из-за Ольги?
МАКСИМ. Эта девчонка действительно права. Она настоящая. Ты тоже. Вас, таких, всё больше, и дай вам Бог. А мне здесь места нет.
МУРАВЬЁВ. Не дури, слишком серьёзный шаг, чтобы вот так…
Входит Ольга.
ОЛЬГА. Максим! Мне сказали, ты расчёт взял, бросить меня хочешь!?
МАКСИМ. Я – тебя? Здорово живёте, девушка. Это вы меня выпнули из дому, как паршивого пса.
ОЛЬГА. Ну, перестань, не так же было! Максимушка… Максик!
МАКСИМ. Вот, уже и кличку привесили. Точно – собака.
ОЛЬГА. Да, я говорила с тобой нехорошо, но мы же сосватаны, и я от слова согласия не отказывалась.
МАКСИМ. Не делайте меня идиотом. Я не пацан, чтоб меня шпыняли.
ОЛЬГА. Максим… родной мой, не уезжай!
МАКСИМ. Всё, поговорили.
ОЛЬГА. Александр Сергеевич! Спасите! Я не могу без него жить!
МУРАВЬЁВ. Я всего лишь участковый, не Господь Бог. Сами договаривайтесь, а мне надо идти. В город еду, с начальством. Да, чего я пришёл-то… такое дело. Есть мнение… вернее, желание у серьёзных людей, Максим Николаевич, чтобы вы возглавили совхоз «Заря». Пока временно, до разъяснения ситуации с Семёном Ивановичем Пироговым. А там уж, как сложится. В общем, по любому, могу подвезти в район – хоть для отъезда, хоть для утверждения в должности. Решайте, господин Орлов. Или товарищ Орлов? Родной дом надо обустраивать, а не шататься по городам и весям. Как, Ольга Степановна, справится Максим Николаевич с директорскими обязанностями?
ОЛЬГА. Так ведь тебя же, я слышала, собрались назначать?
МУРАВЬЁВ. Мне и на моём посту ещё дел хватает. Я отказался. Так, что же в отношении Максима?
ОЛЬГА. Думаю, нет, не справится он. Максимушка здесь человек новый… о, Боже, что я говорю!
МАКСИМ. Есть простая русская пословица: горбатого могила исправит.
МУРАВЬЁВ. Да, советчица ты изрядная… ничего не скажешь.
ОЛЬГА. Я всегда говорю то, что думаю.
МУРАВЬЁВ. Думать и знать – большая разница.
МАКСИМ. Я люблю девушку Олю. А бригадира Ольгу Степанову мне в моём доме не надо.
ОЛЬГА. Я больше не буду!
МАКСИМ. Ты всегда говоришь, что думаешь?
ОЛЬГА. Я постараюсь…
МАКСИМ. Старайтесь, девушка, в другом месте. Я занят. Прощайте.
ОЛЬГА. Александр Сергеевич!
МУРАВЬЁВ. Мне остаться, Максим Николаевич, или проводить гостью?
МАКСИМ. Делай, что хочешь, Муравьёв.
Пауза.
МУРАВЬЁВ. До свидания, Ольга Степановна. Нам здесь, похоже, мужской разговор предстоит.
ОЛЬГА. Никогда, ни перед кем я так не унижалась. Ну, Орлов… ненавижу тебя! (Уходит.)
МУРАВЬЁВ. На войне, понимаю, можно выжить только с таким характером, как у тебя. А как ты собираешься жить на гражданке?

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

Опубликовано в рубрике Прочее 08.08.2012: .