ЖИЗНЬ С ОТЦОМ ИЛИ РАДУГИ НАД ХИРОСИМОЙ

ИНОУЭ ХИСАСИ

ЖИЗНЬ С ОТЦОМ
ИЛИ РАДУГИ НАД ХИРОСИМОЙ
Перевод с японского Мари Йонэхара
Литературная переработка перевода Елены Кузнецовой

СЦЕНА ПЕРВАЯ
Музыка и тьма медленно охватывают сцену и публику. Через некоторое время музыку разрывают раскаты грома, вдалеке сверкает молния. Постепенно в ее отсветах возникает крохотный ветхий домишко. Этот домик принадлежит Мицуэ Фукуёси, находится в городе Хиросима у восточного подножия горы Хидзи. Половина 6-го вечера последнего вторника июля 1948 года. Слева кухня, столовая, в ней стоит складной столик; рядом спальня-кабинет с книжными полками, письменным столом и большим стенным шкафом. Внезапно из прихожей, через столовую, вбегает Мицуэ, стуча деревянными сандалиями. Ей 23 года. На ней старомодная белая блузка, брюки, переделанные из поношенного кимоно. Она крепко держит в руках сумку с деревянными рукоятками. В момент ее появления ярко сверкает молния. Мицуэ, не выпуская из рук сумки, падает на татами, закрывает ладонями глаза и уши, кричит.

МИЦУЭ. Папочка, страшно!
Раздвижные дверцы стенного шкафа открываются. На верхней полке сидит Такэдзо.
ТАКЭДЗО. Мицуэ, сюда, сюда, прячься скорее!
Такэдзо в белой рубашке и костюме, накрывает голову подушкой, чтобы уберечься от грозы. Другую подушку кидает Мицуэ.
ТАКЭДЗО. Что же ты медлишь? Скорее влезай на нижнюю полку, накрывайся подушкой!
МИЦУЭ (слегка удивленно и обрадовано). Неужели ты здесь, папочка?
ТАКЭДЗО. А где же мне быть? Для тебя я готов прийти куда и когда угодно. Как же без меня?
МИЦУЭ. Но это так неожиданно, непредсказуемый мой папочка...
ТАКЭДЗО.Что ты бормочешь? Скорее полезай сюда... (Сверкает молния.) Видишь, опять!
МИЦУЭ (влезая в шкаф). Папочка...
Постепенно гроза уходит. Мицуэ и Такэдзо продолжают разговор, прерываемый далекими раскатами грома.
ТАКЭДЗО. У тебя, доченька, три охранника - я, стенной шкаф и подушка. С ними гром и молния не страшны.
МИЦУЭ. Мне уже 23! Взрослой женщине неприлично бояться грозы. Это невыносимо стыдно. Я презираю себя за это!
ТАКЭДЗ (твердо). Но ты не виновата.
МИЦУЭ. Однако же...
ТАКЭДЗО. Ты до недавнего времени слыла бравой спортсменкой в легкоатлетическом клубе женского института и в любую грозу бегала по стадиону.
МИЦУЭ. Да, это потому, что в клубе было всего три члена, и на мою долю выпали короткая и длинная дистанции. Некогда было думать о грозах и молниях.
ТАКЭДЗО. Почему же тогда, отважная моя доченька, ты стала так бояться грозы?
МИЦУЭ. Не знаю, но мне невыносимо страшно...
ТАКЭДЗО. С каких пор ты стала такой?
МИЦУЭ. Кажется, три года назад.
ТАКЭДЗО (осторожно). Может быть, с момента взрыва?
МИЦУЭ. Ты тоже так думаешь?
ТАКЭДЗО (кивая головой). Ты помнишь Нобу, хозяина фотостудии Томита?
МИЦУЭ. Конечно, наша семья часто у него снималась.
ТАКЭДЗО. По мастерству он один из пяти лучших фотографов в Хиросиме.
МИЦУЭ. Да-да, и еще он с папочкой занимался опасными делами.
ТАКЭДЗО. ...Опасными делами?
МИЦУЭ. Ты, папочка, нашу гостиницу Фукуёсия целиком сдавал в аренду офицерам сухопутной армии. Они там регулярно проводили собрания. Благодаря этому тебе доставалось много ценного.
ТАКЭДЗО. Ну да, да. И рис, и рисовое вино, и консервы, кета, говядина, сигареты, конфеты. У нас в закромах было все. Доченька, твоя мама умерла, когда ты была младенцем. Я жалел тебя, и поэтому старался, чтобы ты ни в чем не чувствовала недостатка. Ты ведь и так страдала от недостатка материнской любви...
МИЦУЭ. Ты, папочка, с помощью риса и сигарет привлекал женщин на горячие воды, а когда они, обнаженные, купались, дядя Нобу их фотографировал, а снимки показывал офицерам. Вот поэтому...
ТАКЭДЗО (перебивая). Вот поэтому Нобу сейчас продает на рынке у железнодорожного вокзала фальшивые картофельные кексы.
МИЦУЭ. Я это знаю.
ТАКЭДЗО. Почему Нобу, прекрасный фотограф, должен кормить себя теневой торговлей?!
МИЦУЭ. Это наказание за то, что он фотографировал голых женщин.
ТАКЭДЗО. Я серьезно спрашиваю.
МИЦУЭ. Извини, папочка.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17

Опубликовано в рубрике Основное 03.12.2010: .